Декабристы писатели

Памятник поэту-декабристу А. Одоевскому в Лазаревском

 

 

Все они красавцы, все они таланты, все они поэты… (Б.Окуджава)

И это действительно так. Со школьной скамьи мы знаем о поэтах-декабристах К. Рылееве, В. Кюхельбекере, А. Одоевском, писателе А.М. Бестужеве-Марлинском… Возможно, кто-то назовет еще несколько имен. А между тем почти каждый второй из них был поэтом, писателем, художником или музыкантом. Среди них были исследователи, переводчики, ученые, этнографы, изобретатели, просветители и учителя. Многие оставили свои воспоминания о сибирской ссылке, о восстании и его причинах, о товарищах, с которыми они были в изгнании. Некоторые из них отошли от идей декабризма, а некоторые остались верны им до конца жизни, несмотря на все испытания, которые пришлось им пережить.

Без преувеличения можно сказать, что эти люди были особыми, и это были не единичные личности, а целое поколение в нашей истории. Они доказали свою особенность даже не тем, что, выйдя на Сенатскую площадь, сознательно подписывали себе приговор, а всей своей последующей жизнью, в том числе на каторге. Поразительно: они были так молоды, но уже настолько зрелы, чтобы думать о переустройстве общества; так дерзки в своих действиях, но  благородны по отношению  друг к другу; так наивны в своей вере в возможность изменения государственного строя, но, по словам Н. Бестужева,  «видели необходимость действовать, чувствовали необходимость пробудить Россию».

Они были очень талантливы. И еще хочется сказать о том, что, когда их называют государственными преступниками, забывают: большинство из них, несмотря на молодость, участвовало в Отечественной войне 1812 г., некоторые были ранены, многие награждены за храбрость в боях. Они победителями вошли в Париж!

В ссылке проявились все их лучшие качества, раскрылись таланты, проявились способности – в результате для регионов Сибири и Урала они сделали больше, чем мечтали сделать для России: здесь ими были открыты школы для простого народа, созданы кружки поэзии и живописи; они занимались огородничеством и садоводством, знакомили с ним местное население, вывели новые сорта для  сурового уральского и сибирского климата. В Туринске декабристы посадили парк, сохранившийся до сих пор. Простому народу не столь были важны их политические взгляды, как добрые дела, они просвещали, лечили и даже материально поддерживали народ.
Память о них сохраняется в этих местах до сегодняшнего дня, причем память благодарная, а не официально навязанная.

Н. Бестужев. Автопортрет

Как уже было сказано выше, многие оставили воспоминания о событиях 14 декабря 1825 г., о членах тайных обществ, о жизни декабристов в Сибири. Так, например, известны «Записки декабриста» А.В Поджио, «Воспоминания» М.И. Муравьева-Апостола, «Воспоминания» Е.П. Оболенского, «Письма из Ялуторовска» И.И. Пущина, мемуары С. Волконского, М.А. Бестужева, «Записки» И.И. Горбачевского, «Записки декабриста». И. Д Завалишина, мемуары Н.И. Лорера, Н.О. Мозгалевского, «Записки» А.Е. Розена, мемуары С. Трубецкого, М.А. Фонвизина, неоконченная «Повесть  собственной жизни» Г.С. Батенькова, серия писем, адресованных сестре (фактически история движения декабризма) М. Лунина, «Записки» Н.В. Басаргина.  До сих пор историю декабрьского восстания изучают по «Запискам» Н. Басаргина. С ним после амнистии 1856 г. встречался и беседовал Лев Толстой, задумав писать роман «Декабристы». «Записки» А.Ф. Фролова, воспоминания об Отечественной войне 1812 г. В.С. Норова, мемуары А.М. Муравьева (младшего брата Никиты Муравьева), «Записки» М.А. Назимова, «Записки о Туруханском крае» Ф.П. Шаховского, мемуары Н.Р. Цебрикова, «Воспоминания» В.И. Штейнгеля, «Записки» И.Д.Якушкина. Кроме того, известны «Записки» М. Волконской и Полины Гебль (Анненковой).

Вот как об их творчестве говорит историк В.О. Ключевский: «Очень многие из них оставили после себя автобиографические записки; некоторые даже вышли недурными писателями. На всех произведениях лежит особый отпечаток, особый колорит, так что вы, вчитавшись в них, даже без особых автобиографических справок, можете угадать, что данное произведение писано декабристом. Я не знаю, как назвать этот колорит. Это соединение мягкой и ровной, совсем не режущей мысли с задушевным и опрятным чувством, которое чуть окрашено грустью; у них всего меньше соли и желчи ожесточения; так пишут хорошо воспитанные молодые люди, в которых жизнь еще не опустошила юношеских надежд, в которых первый пыл сердца зажег не думы о личном счастии, а стремление к общему благу».

Художник-декабрист П. Борисов "Букет сибирских цветов"

Некоторые декабристы были одарены, кроме литературного, и другими талантами: Н. Бестужев был не только прозаиком, мемуаристом, но и историком флота и замечательным художником. Он создал галерею портретов декабристов и членов их семей. П.А. Катенин – поэт, литературный критик, а также режиссер, автор и переводчик театральных пьес. А.И. Якубович – литератор. Н. Тургенев – автор книги «Россия и русские». М.Ф. Орлов – автор книги «О государственном кредите», сочинений по политической экономии и теории финансов. В 1814 г. он, будучи видным военачальником, принимал и подписывал акт о капитуляции Парижа, хотя ему было в то время только 26 лет. А.О. Корнилович – автор исторических сочинений. Ф.Ф. Вадковский – замечательный музыкант и поэт. П. Борисов – тонкий  и романтичный художник. А.Е. Розен, кроме мемуаров, известен как автор других сочинений, он составил сборник стихов А. Одоевского.

Г.С. Батеньков был всесторонне образованным человеком, он писал стихи, известна его научная работа «О египетских письменах», он составлял проекты некоторых зданий и инженерных сооружений. К.П. Торсон писал статьи об изобретательстве. А.П. Барятинский – поэт. П.С. Бобрищев-Пушкин писал басни и лирические христианские стихи. И.И. Пущин – автор известных «Записок о Пушкине». В.Ф. Раевский, Ф.Н. Глинка – поэты. Глинка известен также написанными в жанре путешествия «Письмами русского офицера».

Как видно, одно только перечисление фамилий декабристов и их литературных трудов занимает немалое место. Объем статьи не позволяет рассказать подробно о творчестве каждого. Расскажем о творчестве только некоторых из них: как более известных, так и тех, чье творчество известно меньше.

«Горька судьба поэтов всех племен; Тяжеле всех судьба казнит Россию…» (В. Кюхельбекер)

Александр Иванович Одоевский (1802-1839)

А. Одоевский. Неизвестный художник

Поэт-романтик, автор известного стихотворения «Струн вещих пламенные звуки…», которым он от лица всех ссыльных декабристов ответил Пушкину на его послание «В Сибирь»:

Струн вещих пламенные звуки
До слуха нашего дошли,
К мечам рванулись наши руки,
И — лишь оковы обрели.

Но будь покоен, бард!- цепями,
Своей судьбой гордимся мы,
И за затворами тюрьмы
В душе смеемся над царями.

Наш скорбный труд не пропадет,
Из искры возгорится пламя,
И просвещенный наш народ
Сберется под святое знамя.

Мечи скуем мы из цепей
И пламя вновь зажжем свободы!
Она нагрянет на царей,
И радостно вздохнут народы!

Поэзия Одоевского отличается эмоциональностью и живописностью, а также верой в человека, патриотизмом.

А.И. Одоевский родился 26 ноября 1802 г. в княжеской семье, получил хорошее домашнее образование. Интерес к литературе проявился рано, дружил с А.С. Грибоедовым, писателями В.Ф. Одоевским, А.А. Бестужевым-Марлинским. Стихов, написанных до 1825 г., сохранилось мало, т.к. поэт был требователен к своему творчеству и если считал произведение слабым, то просто уничтожал его.

Одоевский служил в Конногвардейском полку, когда вступил в Северное тайное общество. Один из самых молодых участников движения декабристов, с не устоявшимися еще политическими взглядами, он был полон энтузиазма и немедленной готовности к действиям. А когда пришло время действий, он по-мальчишески воскликнул: «Ах, как славно мы умрем!»

На Сенатской площади Одоевский командовал заградительной цепью, после поражения восстания был арестован и посажен в Петропавловскую крепость. Его мысли и переживания этого времени отразились в стихах «Утро», «Что мы, о Боже?..»:

А. Одоевский. Гравюра Г. Грачева

Что мы, о Боже?- В дом небесный,
Где сын твой ждет земных гостей,
Ты нас ведешь дорогой тесной,
Путем томительных скорбей,
Сквозь огнь несбыточных желаний!
Мы все приемлем час страданий
Как испытание твое;
Но для чего, о бесконечный!
Вложил ты мысль разлуки вечной
В одноночное бытие?

Был приговорен к 12 годам каторги и в кандалах отправлен в Сибирь. Позже срок каторжных работ был сокращен, и с 1833 по 1837 год он находился на поселении в Елани (близ Иркутска), а затем в Ишиме Тобольской губернии.

Именно в годы каторги и ссылки расцветает его талант, в основе которого неисчезающий в его творчестве мотив «вольности святой». Он часто обращается к летописным источникам, житиям, связанных с историей вольного Новгорода, Пскова, Смоленска («Зосима», «Неведомая странница», «Старица-пророчица»). Значительна в его творчестве тема поэта и поэзии («Сон поэта», «Тризна», «Умирающий художник», «Элегия на смерть А.С. Грибоедова»):

Где он? Кого о нем спросить?
Где дух? Где прах?.. В краю далеком!
О, дайте горьких слез потоком
Его могилу оросить,
Ее согреть моим дыханьем;
Я с ненасытимым страданьем
Вопьюсь очами в прах его,
Исполнюсь весь моей утратой,
И горсть земли, с могилы взятой,
Прижму – как друга моего!
Как друга!.. Он смешался с нею,
И вся она родная мне.
Я там один с тоской моею,
В ненарушимой тишине,
Предамся всей порывной силе
Моей любви, любви святой,
И прирасту к его могиле,
Могилы памятник живой…
(отрывок) 1929, Чита

Он пишет стихи, посвященные женам-декабристкам («По дороге столбовой», «Кн. М.Н. Волконской»):

Был край, слезам и скорби посвященный,
Восточный край, где розовых зарей
Луч радостный, на небе том рожденный,
Не услаждал страдальческих очей;
Где душен был и воздух вечно ясный,
И узникам кров светлый докучал,
И весь обзор, обширный и прекрасный,
Мучительно на волю вызывал.
Вдруг ангелы с лазури низлетели
С отрадою к страдальцам той страны,
Но прежде свой небесный дух одели
В прозрачные земные пелены.
И вестники благие провиденья
Явилися, как дочери земли,
И узникам, с улыбкой утешенья,
Любовь и мир душевный принесли.
И каждый день садились у ограды,
И сквозь нее небесные уста
По капле им точили мед отрады…
С тех пор лились в темнице дни, лета;
В затворниках печали все уснули,
И лишь они страшились одного,
Чтоб ангелы на небо не вспорхнули,
Не сбросили покрова своего.
25 декабря 1829, Чита

В 182901830 гг. Одоевский создает историческую поэму «Василько», которая дошла до нас не полностью, в которой говорит о необходимости единения Руси и осуждает княжеские междоусобицы. Та же идея в стихотворении «Славянские девы», «Недвижимы, как мертвые в гробах…»

В 1837 г. Одоевского определяют в действующую армию на Кавказ рядовым.

Здесь он знакомится с М.Ю. Лермонтовым, Н.П. Огаревым.

Умер Одоевский 15 августа 1839 г. от малярии в укреплении Псезуапе (сейчас это поселок Лазаревское недалеко от Сочи). Лермонтов посвятил ему стихотворение «Памяти А.И. Одоевского:

В толпе людской и средь пустынь безлюдных
В нем тихий пламень чувства не угас:
Он сохранил и блеск лазурных глаз,
И звонкий детский смех, и речь живую,
И веру гордую в людей и в жизнь иную.

Гавриил Степанович Батеньков (1793-1863)

Г.С. Батеньков. Художник неизвестен

Из семьи тобольского дворянина. Учился в гимназии, с 1811 г. – в Дворянском полку при кадетском корпусе в Петербурге.

Участник Отечественной войны 1812 г. и заграничных походов. Был тяжело ранен и попал в плен в сражении при Монмирале. В плену находился до 1814 г. По состоянию здоровья уволен с военной службы в 1816 г.

Получил второе образование и стал инженером путей сообщения. С 1817 г. возглавлял инженерно-технические работы в Томске. Был помощником М.М. Сперанского по управлению Сибирью.

Затем был переведен в Петербург, получил чин полковника, занимал высокие государственные посты. Дружил с братьями Бестужевыми, К. Рылеевым, что и привело его в Северное общество. Участвовал в разработке плана восстания, его намечали даже кандидатом в члены Временного правительства. Батеньков был приговорен к вечной каторге, но долгие годы (1827-1846) содержался в одиночной камере Александровского равелина Петропавловской крепости, где ему было запрещено всякое общение и чтение (кроме Библии). С 1846 г. ссылка в Томск и после амнистии в 1856 г. – жизнь в Калуге. Умер от воспаления легких и похоронен в селе Петрищево Белевского уезда Тульской губернии.

Оставил после себя большое литературное наследство, но в большей части не оконченное. Был прозаиком («Повесть собственной жизни»), замечательным  поэтом и литературным критиком. При жизни было опубликовано только одно его произведение – поэма «Одичалый».

Интересна его интерпретация 30-ой оды Горация Non exegi monumentum  («Не воздвиг памятника» лат.). Эту тему разрабатывали Ломоносов, Державин, Пушкин («Я памятник себе воздвиг нерукотворный…»). Батеньков интерпретировал эту тему по-своему:

Памятник Г. Батенькову в Томске. Автор Д. Шипуля

Себе я не воздвиг литого монумента,
Который бы затмил великость пирамид;
Неясный облик мой изустная легенда
В народной памяти едва ли сохранит.
Но весь я не умру: неведомый потомок
В пыли минувшего разыщет стёртый след
И скажет: «Жил поэт, чей голос был негромок,
А всё дошёл до нас сквозь толщу многих лет».
Узнают обо мне в России необъятной
Лишь те безумцы, чей мне сродствен странный дух.
Ни славой, ни молвой стоустой и превратной
Не отзовётся вдруг прошелестевший слух.
О чём сей слух? О том, что, в сумрачной Сибири
Влача свой долгий век, я истину искал,
Что был я одинок, но счастлив в этом мире
И в дни душевных гроз стихи свои слагал.
О Муза! Не гордись тяжёлым вдохновеньем
Вошедшего в твой храм угрюмого жреца:
Снискать не суждено его песнотвореньям
Вечнозелёный лавр для твоего венца.
1856

Изданы письма Г.С. Батенькова, которые являются ценными материалами о декабристском движении, публицистическая статья «Развитие свободных идей».

В Петропавловской крепости  написал стихотворение «Узник»:

Не знаю, сколько долгих лет
Провел в гробу моей темницы…
Был гордый дух вольнее птицы.
Стремящей в небо свой полет.
Вчера, в четверг.
Мой ум померк,
Я к горлу гвоздь приставил ржавый.
Творец мольбы мои отверг -
Вершись же смело, пир кровавый!
Не довелось:
Земная ось
Качнулась с силою чрезмерной.
Все затряслось,
И выпал гвоздь
Из длани слабой и неверной.
Качаюсь в каменном мешке -
Дитя в уютной колыбели…
Смеюсь в неистовом весельи
И плачу в горестной тоске.
Час предрассветный. На исходе
Угарной ночи кошемар.
Нет, не погас душевный жар
Во мне. несчастном сумасброде!
Стихами пухнет голова,
Я отыскал свой гвоздь любимый
И на стене неумолимой
Пишу заветные слова:
«И слез и радости свидетель,
Тяжелый камень на пути.
Мой гроб и колыбель, прости:
Я слышу скрып могильных петель».
Но нет же, нет!
К чему сей бред?
Еще мне жить, дождаться воли!
Десятки лет
И сотни бед
Мне суждены в земной юдоли…
Небес лазурь
Душевных бурь
Тщета затмила в день весенний.
Чела высокого не хмурь,
Мой падший гений!..
Падший гений…
Светлеет небо над Невой,
Авроры луч зажегся алый,
А где-то в камере глухой
Томится узник одичалый.

Михаил  Сергеевич Лунин  (1787 -1845)                  

П. Соколов "Портрет М. Лунина"

В Урике под Иркутском рядом с Волконскими, Трубецкими, Юшневскими жили декабристы братья  Александр и Иосиф Поджио, доктор Ф.Б. Вольф, Ф.Ф. Вадковский, П.А. Муханов, братья Борисовы, М.С. Лунин и др. Лунин особо выделялся среди них и пользовался большим уважением. Это был прекрасно образованный человек , знавший французский, английский, польский, латинский и греческий языки. Служил в Кавалергардском полку и принимал участие в известных сражениях Отечественной войны 1812 г., в частности, в Аустерлицком сражении, в знаменитой атаке кавалергардов, описанной  Толстым в «Войне и мире». Отличался отчаянной храбростью не только в военных действиях, но и вообще в жизни: протестовал всегда открыто и никогда не мирился с недостатками. В 1815 г. он ушел в отставку, год жил в Париже, а после смерти отца вернулся в Россию. В 1816 г. вступил в Союз спасения, затем в Союз благоденствия, а позднее стал членом тайного Северного общества.

С 1822 г. служил в лейб-гвардии Гродненского гусарского полка, был адъютантом  Великого князя Константина Павловича, отошел от идей декабризма, хотя всегда считал необходимым изменение политического строя в России и отмены крепостного права. В декабрьских событиях 1825 г. участия не принимал, т.к. в это время находился при Великом князе в Варшаве. Был арестован последним из декабристов, в апреле 1826 г., и заключен в Петропавловскую крепость, но факт своего участия в тайных обществах не отрицал и поименно никого не называл. Был осужден за участие в плане цареубийства 1816 г., когда он заявлял, что Александра I легко можно убить на Царскосельской дороге, где он обычно ездит.

Был приговорен к пожизненной каторге. Но затем срок был сокращен до 20 лет, потом до 15 лет с поселением впоследствии в Сибири навечно. В 1832 г. срок каторги сократили до 10 лет. После пребывания в крепости он был отправлен в Читинский острог, откуда был переведен в Петровский завод, а затем на поселение в Урик. Здесь он пробовал заниматься сельским хозяйством, как и другие декабристы, но это было не его дело. Его ум требовал другой пищи, и сам он, как всегда иронично, говорил об этом: «Платон и Геродот не ладят с сохой и бороной. Вместо наблюдения над полевыми работами я перелистываю старинные книги. Что делать? Ум  требует мысли, как тело пищи». В его библиотеке ссыльного было около тысячи книг на разных языках.

Все декабристы очень любили Лунина не только за его всестороннюю образованность, но и за его доброту, живость характера, веселый нрав и мужество. И. Анненков так писал о нем: «Человек замечательного, непреклонного нрава и чрезвычайной независимости». Это была романтическая личность, всегда стремящаяся к борьбе, к подвигам. Его письма с каторги являются настоящими образцами критической публицистики, его афоризмы полны иронии, меткости, они широко распространялись среди декабристов и даже доходили до царя, чем очень раздражали его.

Еще будучи на свободе, он выписал из Парижа печатный станок и надеялся распространять на нем свои сочинения, но при обыске станок, который находился у Трубецкого, был обнаружен жандармами.

Свои письма он обращал к сестре, К. Уваровой, но фактически это была острая публицистика. Представление о  характере Лунина дает уже одна только запись на первой странице его записной книжки: «Я любил справедливость и ненавидел несправедливость и поэтому нахожусь в изгнании». И далее: «В России два проводника: язык до Киева, а перо до Шлиссельбурга».

Приведем некоторые афоризмы из «Записок» М.С. Лунина.

«Топор палача превращает осужденного в свидетели «за» или «против» его судей перед «судом потомства».

«Вообще права бывают трех родов: политические, гражданские и естественные. Первые не существуют в России, вторые уничтожены произволом, третьи – нарушены рабством».

«Тело мое испытывает в Сибири холод и лишения, но мой дух, свободный от жалких уз, странствует… Всюду я нахожу Истину и всюду счастье».

Афоризмы из писем:

«Из вздохов заключенных рождаются бури, низвергающие дворцы».

«Народ мыслит, несмотря на свое глубокое молчание».

На следствии на вопрос, откуда он заимствовал свободный образ мыслей, Лунин ответил: «Свободный образ мыслей образовался во мне с тех пор, как я начал мыслить, к укоренению же оного способствовал естественный рассудок».

А. Гессен в книге «Во глубине сибирских руд…» пишет: «Когда после Свеаборгской крепости он был переведен в Выборгскую, там было тесно, сыро, к тому же протекала крыша. Генерал-губернатор Закревский, обходя каземат, задал ему глупый вопрос: «Есть ли у вас все необходимое?» Лунин посмотрел на него в упор и ответил:

- Я вполне доволен всем, мне недостает здесь только зонтика.

В Урике он написал «Разбор донесения Следственной комиссии» и «Взгляд на русское Тайное общество с 1816 по 1826 год». Его сочинения распространяли в Иркутске, один чиновник снял копию и переслал Бенкендорфу. В ночь на 27 марта 1841 г. Лунин был арестован и сослан в Акатуй, а его сочинения были изъяты.

3 декабря 1945 г. Лунин скончался в тюрьме. По неофициальной версии он был убит.

В.К. Кюхельбекер

Необъятную тему о декабристах писателях уместно закончить известным стихотворением В. Кюхельбекера «Участь русских поэтов»:

Горька судьба поэтов всех племен;
Тяжеле всех судьба казнит Россию;
Для славы и Рылеев был рожден;
Но юноша в свободу был влюблен…
Стянула петля дерзостную выю.
Не он один; другие вслед ему,
Прекрасной обольщенные мечтою,-
Пожалися годиной роковою…
Бог дал огонь их сердцу, свет уму,
Да! чувства в них восторженны и пылки:
Что ж? их бросают в черную тюрьму,
Морят морозом безнадежной ссылки…
Или болезнь наводит ночь и мглу
На очи прозорливцев вдохновенных;
Или рука любезников презренных
Шлет пулю их священному челу;
Или же бунт поднимет чернь глухую,
И чернь того на части разорвет,
Чей блещущий перунами полет
Сияньем облил бы страну родную.
1845

Похожие статьи:

  1. Друзья Пушкина декабристы
  2. Декабристы: причины восстания