«Это был один из самых необыкновенных людей века…» (А.Ф. Ланжерон о А.В. Суворове)

Александр Васильевич Суворов

Военные теоретики до сих пор ломают голову над непростой задачей, которую задал на все времена А.В. Суворов: за 40 лет военной карьеры он выиграл более 60 крупных сражений и не допустил ни одного поражения. Противник ни разу не владел инициативой на поле боя там, где командовал А.В. Суворов.

Недоуменные вопросы возникают при рассмотрении почти каждого сражения под командованием А.В. Суворова. Например, взятие крепости Измаил. Это была одна из самых неприступных крепостей того времени. Её пытались штурмовать и генерал-фельдмаршал Н.В. Репнин, и генерал-фельдмаршал И.В. Гудович, и П.С. Потёмкин. Но только А.В. Суворов смог овладеть неприступной крепостью в численном меньшинстве. Как смог он это сделать, потеряв при этом своих солдат в 7 раз меньше, чем противник?

А как возможно было провести плохо экипированное войско в составе 20 тыс. человек через альпийские горы и в результате сохранить больше половины своих солдат да ещё захватить около 1,5 тыс. пленных?

В.И. Суриков «Переход Суворова через Альпы в 1799 г.» (1899). Государственный Русский музей

Таких риторических вопросов в отношении военного гения Суворова задают множество. И ответа на них нет. Кроме, может быть, одного, который дал сам А.В. Суворов: «Бог нас водит. Он наш генерал».

Но о военных достижениях Суворова мы поговорим в других статьях. А сейчас хотелось бы обратиться к его личности. Какими путями достигают таких успехов? Что особенного должно быть в человеке, чтобы пользоваться безграничным доверием солдат, которые, не раздумывая, всегда шли за ним – атаки суворовских отрядов всегда были неожиданными, стремительными и неизменно успешными? На этот вопрос тоже есть ответ, его дал Д.В Давыдов, легендарный командир партизанского движения во время Отечественной войны 1812 г., отец которого служил под командованием Суворова: «Он положил руку на сердце солдата и изучил его биение». Но, не зная многих обстоятельств жизни Суворова, эти слова можно посчитать красивой метафорой. На самом же деле всё было действительно так: начиналось с азов, с самого начала. А начало в героической биографии этого человека – жизнь простого солдата.

«Научись повиноваться…»

15-летним юношей будущий генералиссимус поступает рядовым в лейб-гвардии Семёновский полк и проходит весь курс казарменного быта, строевой выучки и караульных нарядов. Он сам этого страстно желал и поэтому 10 лет такой жизни были ему в радость.

Всем ведь известно, что Суворов рос слабым, часто болел, поэтому отец готовил его на гражданскую службу.

Но недаром мальчика назвали Александром в честь Александра Невского. С детских лет Суворов проявил тягу к военному делу, он перечитал богатейшую отцовскую военную библиотеку, самостоятельно изучал артиллерию, фортификацию, военную историю. Он с раннего детства решил стать военным: начал закаляться и заниматься физическими упражнениями. Но вряд ли отец пошёл бы навстречу своему тщедушному сыну, если бы на него не повлиял генерал Абрам Ганнибал – друг семьи Суворовых и прадед А.С. Пушкина. Заметив страстное увлечение мальчика военным делом, он уговорил Суворова-старшего не мешать сыну идти по пути выбранного им жизненного поприща.

Несмотря на дворянское происхождение, Суворов никогда не избегал черновой работы, никому не доверял заботу о личном оружии и амуниции. Его мало интересовали театры, балы и товарищеские пирушки. Его друзьями были книги по истории, философии, физике и военному делу. Он сам говорил о себе: «У меня много старых друзей: Цезарь, Ганнибал, Вобан, Кегорн, Фолард, Тюренн, Монтекукули, Роллен… и всех не вспомню. Старым друзьям грешно изменять на новых». Изучая биографии великих полководцев, Суворов уже в ранней юности понял, что каким бы ни был гениальным полководец и какими бы он ни обладал гениальными стратегиями, в бой идут всё-таки простые солдаты, именно от них зависит исход баталии. Изучению простого русского солдата и его жизни в армии и были посвящены годы службы Суворова в нижних чинах.

Поднимался он до рассвета, обливался ледяной водой и занимался гимнастикой – так постепенно из тщедушного и хилого парня он превратился в одного из выносливейших бойцов полка.

«Научись повиноваться, прежде чем повелевать другими» – вот с чего он начинал сам и чему учил молодых офицеров. А солдаты отвечали ему взаимной преданностью: «Да он отец наш был, он все наше положение знал, жил между нами, о нем у нас каждый день только и речи было, он у нас с языка не сходил. Суворов был солдатский генерал!».

Памятник Суворову в Тирасполе

Одним из главных секретов непобедимости Суворова была его передовая система воспитания и обучения войск. В её основе лежало убеждение, что человек является решающим фактором победы. Он был врагом бесцельной и бессмысленной муштры, воспитывал в солдатах чувство национального самосознания и любовь к Родине, приучал их к смелым, инициативным и искусным действиям в самых разнообразных условиях боевой обстановки. Главное внимание он обращал на обучение войск тому, что нужно на войне. Суворов уделял большое внимание быту и обеспечению солдат, в результате резко сократились различные заболевания, которые были «бичом» армий XVIII в. Безграничное доверие и любовь армии он завоевал неустанной заботой о солдатах, их быте и нуждах, а также тем, что всегда разделял с ними все тяготы походной жизни.

«Генералу необходимо непрерывное самообразование…»

Важным А.В. Суворов считал постоянное самообразование. Он владел 6 иностранными языками, в совершенстве изучил военную историю, а также изучал богословие, философию, физику. Выписывал основные периодические издания Европы и России, вел переписку со многими видными военным и политическими деятелями, цитировал по памяти литературные произведения своего времени. Храбрость и мужество, необходимые в военном деле, он не ставил выше знаний. «Генералу необходимо непрерывное самообразование себя науками, нужна непрестанная наука из чтениев; только беспрестанное изощрение взгляда сделает великим полководцем…», – писал он в одном из своих писем.

В местах постоянного базирования своих войск Суворов строил школы для дворянских и солдатских детей и сам в них преподавал. Он написал учебник по началам арифметики, солдатский молитвенник и краткий катехизис. А его книгу «Наука побеждать» знали наизусть и цитировали как поговорки: «Ученье – свет, неученье – тьма», «тяжело в ученье – легко в бою», «за одного ученого трех неученых дают», «побеждай противника сначала мыслью, потом делом».

Суворова называли «Пушкиным военной культуры». Все его приказы и наставления отличаются простотой, ясностью и живостью. Такими же простыми и эффективными методами он учил своих солдат.

«Неправильной войной» во времена Суворова называли партизанские действия, но полководец и такие действия брал на вооружение. Он никогда не стеснялся перенимать удачный опыт у своих противников. И они, в свою очередь, ценили Суворова за его разносторонние знания и действия. О Суворове оставил заметки французский офицер Габриэль-Пьер Гильоманш-Дюбокаж: «Нужно ли после этого удивляться о причинах непобедимости войска Суворова? Последний из солдат, попавший в сферу его влияния, узнавал и практически, и теоретически боевое дело лучше, чем теперь его знают в любой европейской армии… Для его солдата не было неожиданностей в бою, ибо он испытывал в мирное время самые тяжелые из боевых впечатлений; не могло быть ничего непонятного из того, что делалось в бою, ибо во всем военном деле он имел основательное теоретическое представление. А если человек выдержан так, что его ничем удивить невозможно, если он при этом знает, что делать в своей скромной сфере, – он не может быть побежден, он не может не победить».

Большими поклонниками Суворова были британский адмирал Горацио Нельсон и его российский коллега – святой Ф. Ф. Ушаков. Оба они многое взяли из суворовской системы обучения. И оба не проиграли ни одного сражения.

Суворов, несмотря на то, что всю жизнь провел при армии, хорошо разбирался и в сельском хозяйстве и следил, чтобы в его поместьях оно велось грамотно: «Лень рождается от изобилия». Он имел в виду нежелание некоторых крестьян удобрять землю навозом.

«Весьма щадить жен, детей и обывателей…»

А.В. Суворов был очень верующим человеком. Во время Швейцарского похода он говорил: «Помощи теперь нам ждать не от кого; одна надежда на Бога, другая – на величайшую храбрость и на высочайшее самоотвержение войск, нами предводимых. Это одно остается нам. Нам предстоят труды величайшие, небывалые в мире: мы на краю пропасти. Но мы русские. С нами Бог!».

«Молись Богу: от Него победа», – учил Александр Васильевич Суворов. «Будь христианин; Бог Сам даст и знает, что когда дать», – наставлял он. Ни одно сражение не начинал он без войсковой молитвы, всякий бой заканчивал благодарственным молебном. «Безверное войско учить – что перегорелое железо точить», – говорил он. Каждый его воин обязательно должен был знать молитву «Пресвятая Богородица, спаси нас!», «Святителю отче Николае Чудотворче, моли Бога о нас!» – «без сей молитвы оружия не обнажать, ружья не заряжай, ничего не начинай!».

Но как может вера в Бога сосуществовать со смертью, убийством? Ведь одна из заповедей гласит: «Не убий?..». Суворов думал и размышлял об этом: «…я проливал кровь ручьями. Содрогаюсь. Но люблю моего ближнего. Во всю жизнь мою никого не сделал несчастным. Ни одного приговора на смертную казнь не подписал. Ни одно насекомое не погибло от руки моей…».

Но одновременно он был уверен в том, что «человек, любящий своих ближних, человек, ненавидящий войну, должен добить врага, чтобы вслед за одной войной не началась другая». Однако во время войны приказывал «весьма щадить жен, детей и обывателей…», «безоружных, женщин и детей не трогать», «не обижай обывателя: он тебя поит и кормит», «солдат не разбойник».

В мирное время Суворов поддерживал старые и строил новые храмы, говоря: «Я и всех своих оброков на этот предмет не жалею». Только после его смерти стало известно, что ежегодно перед Пасхой он перечислял в петербургскую городскую тюрьму по несколько тысяч рублей на выкуп неимущих должников. Никто, даже самые близкие люди, не знали об этом.

За его полком всегда следовала полковая церковь, довольно благоустроенная.

Всем нам он оставил завещание: «Потомство мое прошу брать мой пример. Всякое дело начинать с благословения Божия. До издыхания быть верным государю и Отечеству; убегать роскоши, корыстолюбия и искать через истину и добродетель славу!».

Могила А. Суворова в Александро-Невской лавре. Надпись на плите: «Здесь лежит Суворов»

«Над ним шутили в штабе иногда, а он брал сходу города» (Д. Байрон)

Великий полководец был в обычной жизни чудаком. Причём чудачество это было нарочитым и часто его выручало. Зато высший свет воспринимал его иногда не только за чудака, но и за полусумасшедшего. Например, он привык спать на сене, накрывшись шинелью, вместе с солдатами. И эту привычку не оставлял даже в царских покоях, где ему приходилось гостить. Рассказывают, что однажды Екатерина II спросила, чем его наградить. Суворов ответил:

– Оплати счёт за квартиру.

– А разве много? – удивилась она.

– Много, матушка: три рубля с полтиной, – вполне серьезно ответил Суворов.

Такие причуды иногда вводили придворных в полное замешательство, но зато он мог высказывать свое мнение на любую тему и на любом уровне. «Я бывал при дворе, но не придворным, а Эзопом, Лафонтеном: шутками и звериным языком говорил правду. Подобно шуту Балакиреву, который был при Петре I и благодетельствовал России, кривлялся и корчился. Я пел петухом, пробуждая сонливых, угомонял буйных врагов Отечества», – говорил он о себе.

Были у него и другие чудачества. Он любил ходить среди солдат в своей серенькой солдатской шинели и всегда радовался, когда его не узнавали. Однажды к нему обратился сержант с бумагами:

– Эй, старик! Скажи, где пристал Суворов?

– А черт его знает, – ответил «старик».

– Как! – взмутился сержант. – У меня от генерала к нему бумаги.

– Не отдавай, – заговорщицки сказал «старик». – Он теперь или мертвецки пьян, или горланит петухом.

Сержант от возмущения замахнулся палкой:

– Моли Бога, старикашка, за свою старость: не хочу руки марать! Ты, видно, не русский, что так ругаешь нашего отца и благодетеля!

Через час узнавший его сержант упал на колени, но главнокомандующий, обняв его, сказал:

– Ты доказал любовь к начальнику на деле: хотел поколотить меня за меня же…

Джозеф Кройтзингер «Портрет Суворова»

Уже упомянутый нами Дюбокаж так писал о внешности Суворова: «Наружность фельдмаршала как нельзя лучше соответствовала оригинальности его личности. Это был маленький человек слабого сложения, но одаренный природою могучим и чрезвычайно нервным темпераментом… Не похоже, чтобы он когда-либо, даже в молодости, обладал красивой внешностью. У него был большой рот и черты лица малоприятные, но его взгляд был полон огня, живой и необыкновенно проницательный: казалось, он все пронизывал и исследовал глубину вашей души, когда останавливался на вас внимательно. Я встречал не много людей, у которых чело было бы больше изрезано морщинами, и морщинами настолько выразительными, что лицо его как бы говорило без помощи слов. Характер у него был живой и нетерпеливый: когда он бывал чем-либо глубоко возмущен и рассержен, лицо его становилось суровым, грозным, даже ужасным – оно выражало все чувства, волновавшие его в эту минуту. Но эти минуты были редки и всегда вызваны основательными причинами, а его суровость никогда не переходила в несправедливость, хотя порой он и бывал чрезмерно едок и язвителен. Проходило возмущение, и черты его лица вновь принимали выражение обычной доброты, следуя за состоянием его души».

 «Кто любит свое Отечество, тот подает лучший пример любви к человечеству»

Вот слова истинного патриота. Он верил в то, что «против храброго русского гренадера никакое в свете войско устоять не может», но в то же время сам презирал всевозможное бахвальство и пренебрежение к врагу: «Никогда не презирайте вашего неприятеля, каков бы он ни был. И хорошо узнавайте его оружие, его образ действовать и сражаться. Знай, в чем его сила и в чем слабость».

Военный гений Суворова был настолько признан, что поражение от него не считалось поражением. Об этом писал французский маршал Жак Макдональд: «Я был очень молод во время сражения при Треббии; эта неудача могла бы иметь пагубное влияние на мою карьеру; меня спасло лишь то, что победителем моим был Суворов».

Своему сыну Александру он завещал: «Будь чистосердечен с друзьями твоими, умерен в своих нуждах и бескорыстен в своих поступках; проявляй пламенную ревность к службе своему государю; люби истинную славу; отличай честолюбие от гордости и кичливости; с юных лет приучайся прощать проступки ближнего и никогда не прощай своих собственных; тщательно обучай подчиненных тебе солдат и подавай им пример…».

И. Шмидт «Последний прижизненный портрет А.В. Суворова». Эрмитаж (Петербург)

Будучи последователем Петра I и учеником П. А. Румянцева, Суворов сам воспитал много замечательных русских полководцев и военачальников, среди которых наиболее выдающимися были М. И. Кутузов и П. И. Багратион. На идеях Суворова были воспитаны многие известные русские военные деятели.

СТИХИ ДЛЯ НАЧЕРТАНИЯ  НА ГРОБНИЦЕ СУВОРОВА

  • Остановись, прохожий!
  • Здесь человек лежит на смертных не похожий:
  • На крылосе в глуши с дьячком он басом пел
  • И славою, как Петр иль Александр, гремел.
  • Ушатом на себя холодную лил воду
  • И пламень храбрости вливал в сердца народу.
  • Не в латах, на конях, как греческий герой,
  • Не со щитом златым, украшенным всех паче,
  • С нагайкою в руках и на козацкой кляче
  • В едино лето взял полдюжины он Трои.
  • Не в броню облечен, не на холму высоком -
  • Он брань кровавую спокойным мерил оком
  • В рубахе, в шишаке, пред войсками верхом,
  • Как молния сверкал и поражал как гром.
  • С полками там ходил, где чуть летают птицы.
  • Жил в хижинах простых, и покорял столицы.
  • Вставал по петухам, сражался на штыках;
  • Чужой народ его носил на головах.
  • Одною пищею с солдатами питался.
  • Цари к нему в родство, не он к ним причитался.
  • Был двух империй вождь; Европу удивлял;
  • Сажал царей на трон, и на соломе спал.

А.С. Шишков <1805>