Ломоносов: факты из жизни

Михаил Васильевич Ломоносов

Жизнь великих людей всегда привлекает особое внимание, но часто именно это пристальное внимание вносит в их жизнеописания значительную долю субъективизма. Особенно если человек живет публичной жизнью и пользуется популярностью.

М. В. Ломоносов был натурой увлекающейся, иногда даже пылкой. Поэтому нередко авторы воспоминаний указывают на примеры несдержанности с его стороны в отношении равных, о «продерзостях» и «неучтивых поступках». Известны даже скандальные эпизоды его петербургской жизни, за что он был в непродолжительном заключении.

В своих суждениях и оценках Ломоносов всегда был прям, не склонен к «сглаживанию углов», а ведь известно, что это нравится далеко не всем. В своей статье мы попытаемся просто воспроизвести эпизоды из жизни Ломоносова, известные из различных источников.

Детство

На родине Ломоносова

М.В. Ломоносов родился 19 ноября 1711 г. в деревне Мишанинской Куростровской волости Двинского уезда Архангелогородской губернии в довольно зажиточной семье помора Василия Дорофеевича и Елены Ивановны Ломоносовых. О первых годах жизни Михаила Ломоносова известно очень мало. Мать его умерла очень рано, когда ему было всего девять лет. В 1721 г. отец женился вторично, а после смерти второй жены женился в третий раз — на вдове. Для тринадцатилетнего Ломоносова третья жена отца оказалась «злой и завистливой мачехой».

Скорее всего, независимый характер Ломоносова только и мог сформироваться на этой земле: он был выходцем из той части русского народа, которая никогда не знала рабства (крепостного права), государственные крестьяне, строгие в нравах, деятельные, независимые, «умевшие за себя постоять, сплотились в «земские миры». Им неведома была барщина, бремя государственных обложений, они развивали товарное хозяйство, торговлю и ремёсла. Поморы владели навигацией, ходили в Ледовитый океан, к Новой Земле. На Мурмане — промысловые становища, лов вели огромными сетями, охотились, варили соль, смолу, добывали слюду. Здесь богатая традиция художественного рукоделия. При отсутствии школ поморы учили грамоте друг друга, переписывали книги.

Дом Ломоносовых

Деревня Мишанинская находилась на Курострове, против города Холмогоры. Острова дельты Северной Двины были густо заселены. Здесь имелись хорошие пахотные земли, богатые выгоны для скота и открытый выход в море.

Плавания в суровых северных морях были опасным делом, поэтому поморы объединялись в артели, мужчины сообща выходили в море. Семья Ломоносовых принадлежала к опытным мореходам. М. В. Ломоносов начал помогать отцу с десяти лет. Они отправлялись на промыслы ранней весной и возвращались поздней осенью. Будущий ученый полюбил суровую, но живописную природу своего края.

Грамоте его обучил дьячок местной Дмитровской церкви, к 14 годам он грамотно писал, но жизнь в родном доме делалась для него невыносимой из-за постоянных ссор с мачехой. Особенно ожесточала мачеху страсть Ломоносова к книгам. К тому же отец решил его женить, тогда Ломоносов прикинулся больным, женитьбу отложили, и юноша отправился в Москву.

Славяно-греко-латинская академия и далее…

Когда в 1730 г. из Холмогор в Москву отправился обоз с рыбой, Ломоносов пошел вслед за караваном. Свой  путь он тщательно продумал и знал, что получить высшее образование можно только в трех городах: Москве, Санкт-Петербурге и Киеве. И вот он в Москве, где у него нет ни одного знакомого человека. Поступив в Московскую славяно-греко-латинскую академию, он жил очень стесненно, питался порой только хлебом и квасом, но был очень целеустремленным, много времени проводил в библиотеке. По прошествии первого полугодия он был переведён из нижнего класса во второй, и в том же году — в третий. Через год, в достаточной мере овладев латынью и будучи уже способен на латинском сочинять небольшие стихи, начал учить греческий.

Н. Кисляков "Юноша Ломоносов на пути в Москву"

В 1734 г. Ломоносов отправляется в Киев, где на протяжении нескольких месяцев обучается в Киево-Могилянской академии. В 1735 г.  отправлен в Петербург и зачислен в студенты университета при Академии наук. Но первое время положение Ломоносова и его товарищей в Петербургской Академии наук было сложным, главным образом потому, что они не знали немецкого языка, главенствующего тогда в Академии. Но Ломоносов и здесь с головой окунулся в науку: начал изучать математику, знакомился с экспериментальной физикой, самостоятельно изучал стихосложение, интересовался  химией и минералогией, начал изучать европейские языки.

Ломоносов за границей

В марте 1736 года Академия наук принимает решение отправить 12 наиболее способных молодых людей для учёбы в Европу. В это время в Сибири работала экспедиция из Академии наук, но в ее составе не хватало химика, знающего горное дело. Зарубежные химики отказывались ехать туда, тогда было решено послать русских студентов на обучение в Германию.

За границей Ломоносов пробыл пять лет: около 3 лет в Марбурге и около года во Фрайберге; около года провел в переездах, был в Голландии. В Германии Ломоносов приобрел обширные познания в области математики, физики, химии, в горном деле, выработал свои взгляды в области государственного права.  Здесь он посещал лекции по теоретической химии, механике, гидростатике, аэрометрии, гидравлике, теоретической физике. С мая наряду с изучением немецкого языка Ломоносов стал изучать французский, итальянский, брать уроки танцев и фехтования. Кроме изучения западноевропейской литературы, он занимается и ее переводами на русский язык. Здесь же он начал собирать свою первую библиотеку. Одно лишь перечисление авторов дает возможность понять широту интересов молодого ученого: Анакреон, Сафо, Вергилий, Сенека, Овидий,  Марциал, Цицерон, Плиний Младший, Эразм Роттердамский, Фенелон, Свифт, Гюнтер…

Дом в Фрайберге, где жил Ломоносов

Во Фрайберге, горнозаводском центре Саксонии, Ломоносова поразила химическая лаборатория Генкеля, служившая производственной и экспериментальной базой для исследовательских работ в горнодобывающей промышленности. Ломоносов понял ее значение в этой отрасли производства и по возвращении в Россию добивался устройства химической лаборатории при Академии наук.

Между тем, его отношения с Генкелем окончательно испортились по многим причинам, в том числе и из-за мелочности и педантичности последнего. Ломоносов решил уехать в Россию, но отъезд осложнился формальностями, из-за которых он около года скитался в Европе. Вернувшись в Марбург, Ломоносов женился на дочке своей квартирной хозяйки Елизавете Цильх. И только в 1741 г. он вернулся в Петербург. У него рождались три дочери и сын, которые умерли в младенчестве, единственная оставшаяся в живых – Елена Михайловна Ломоносова (1749—1772).

Возвращение

Возвратившись в академию наук, Ломоносов занимается ботаникой и естествознанием, составляет Каталог собраний минералов и окаменелостей Минерального кабинета Кунсткамеры.

В 1749 г. в торжественном собрании Академии наук Ломоносов произносит «Слово похвальное императрице Елизавете Петровне», имевшее большой успех; с этого времени Ломоносов начинает пользоваться большим вниманием при дворе. Он сближается с любимцем Елизаветы И. И. Шуваловым, что создает ему массу завистников, во главе которых стоит И. Д. Шумахер, немецкий и российский ученый.

При близких отношениях с И. И. Шуваловым козни И. Д. Шумахера делаются для Ломоносова не страшными; он приобретает и в Академии большое влияние. Под влиянием Ломоносова совершается в 1755 году открытие Московского университета, для которого он составляет первоначальный проект, основываясь на «учреждениях, узаконениях, обрядах и обыкновениях» иностранных университетов. Ещё раньше, в 1753 году, Ломоносову при помощи Шувалова удается устроить фабрику мозаики. Для этих целей в 1753г. императрица Елизавета жалует Ломоносову мызу Усть-Рудица (сейчас это упразднённая деревня в Лопухинском сельском поселении Ломоносовского района Ленинградской области) и четыре окрестных деревни. В том же году Ломоносов хлопочет об устройстве опытов над электричеством, о пенсии семье профессора Г. В. Рихмана, которого убило молнией; особенно озабочен Ломоносов тем, чтобы «сей случай (смерть Рихмана во время физических опытов) не был протолкован противу приращения наук». В этот же период обостряется его борьба с Г.Ф. Миллером, которого он обвиняет в умышленном принижении в научных исследованиях русского народа: в 1756 г. Ломоносов отстаивает против Миллера права низшего русского сословия на образование в гимназии и университете. В 1759 г. он занят устройством гимназии и составлением устава для неё и университета при Академии, причём опять всеми силами отстаивает права низших сословий на образование. В то же время идут занятия Ломоносова по Географическому Департаменту; под влиянием его сочинения «О северном ходу в Ост-Индию Сибирским океаном» в 1764 г. снаряжается экспедиция в Сибирь. Его избирают почетным членом Стокгольмской и Болонской академий наук. Незадолго до смерти Ломоносова посетила императрица Екатерина II, «чем подать благоволила новое Высочайшее уверение о истинном люблении и попечении своем о науках и художествах в отечестве».

И.К. Федоров "Императрица Екатерина II у Ломоносова"

Среди неустанных трудов, в расцвете творческих сил, Ломоносов умирает 4 апреля 1765 года от воспаления легких.  Он похоронен в Александро-Невской лавре.

Отзывы о личности М.В. Ломоносова

А.С. Пушкин: «Державин исподтишка писал сатиры на Сумарокова и приезжал как ни в чем не бывало наслаждаться его бешенством. Ломоносов был иного покроя. С ним шутить было накладно. Он везде был тот же: дома, где все его трепетали; во дворце, где он дирал за уши пажей; в Академии, где, по свидетельству Шлецера, не смели при нем пикнуть. Не многим известна стихотворная перепалка его с Дмитрием Сеченовым по случаю «Гимна бороде», не напечатанного ни в одном собрании его сочинений. Она может дать понятие о заносчивости поэта, как и о нетерпимости проповедника. Со всем тем Ломоносов был добродушен. Как хорошо его письмо о семействе несчастного Рихмана! В отношении к самому себе он был очень беспечен, и, кажется, жена его хоть была и немка, но мало смыслила в хозяйстве… Ломоносов, рожденный в низком сословии, не думал возвысить себя наглостию и запанибратством с людьми высшего состояния (хотя, впрочем, по чину он мог быть им и равный). Но зато умел он за себя постоять и не дорожил ни покровительством своих меценатов, ни своим благосостоянием, когда дело шло о его чести или о торжестве его любимых идей… Послушайте, как пишет он этому самому Шувалову, предстателю муз, высокому своему патрону, который вздумал было над ним пошутить. «Я, ваше высокопревосходительство, не только у вельмож, но ниже у Господа моего Бога дураком быть не хочу»… В другой раз, заспоря с тем же вельможею, Ломоносов так его рассердил, что Шувалов закричал: «Я отставлю тебя от Академии!» — «Нет, — возразил гордо Ломоносов, — разве Академию от меня отставят». Вот каков был этот униженный сочинитель похвальных од и придворных идиллий!».

Якоб Штелин: «Физические качества: выдающейся крепости и силы почти атлетической. Например, борьба с тремя напавшими матросами, которых одолел и снял с них одежду.

Бурный — образ жизни простонародный.

Умственные качества: жадный к знанию, исследователь, стремящийся к открытию нового.

Моральные качества: неотёсанный, с подчинёнными и домашними строг. Стремление к превосходству, пренебрежение к равным».

М.П. Марсов "Ломоносов-художник"

К.С.Аксаков: «…Таким является Ломоносов, по нашему мнению, выразивший собою великий момент в нашей литературе.

Суждения о нем были ошибочны; безусловные похвалы поставили его высоко, окружили классическим блеском и скрыли настоящее достоинство и великость; с другой стороны, было бы ошибочно нападать на него и мерить мерою настоящего времени, не понимая всего его великого значения, не вникнув в смысл его гения.

Ложен и страх противоречить авторитету, ложен и страх с ним соглашаться.

Теперь, во время сознания нас самих, время светлое, оправдывающее все, полное жизни, – пришла, кажется, пора настоящей оценки, настоящего, справедливого взгляда для Ломоносова.

Да замолкнут же все невежественные обвинения и толки, от наших дней требуется свободное признание его великого подвига и полная, искренняя, глубокая благодарность. Образ его исполински является нам, и этот исполинский образ возвышается перед нами во всем своем вечном величии, во всем могуществе и силе гения, во всей славе своего подвига, – и бесконечно будет он возвышаться, как бесконечно его великое дело».

В.И.Вернадский: «Вспоминая Ломоносова, нельзя не остановиться на характерной черте его научной деятельности. Он все время стоял за приложение науки к жизни, он искал в науке сил для улучшения положения человечества».

В.Ф.Одоевский: «Этот человек – мой идеал; он тип славянского всеобъемлющего духа, котором, может быть, суждено внести гармонию, потерявшуюся в западном ученом мире. Этот человек знал все, что знали в его веке: об истории, грамматике, химии, физике, металлургии, навигации, живописи и пр. и пр.- и в каждой сделал новое открытие именно потому, что все обнимал своим духом».

Н.Г.Чернышевский: «…Страстно любил науку, но думал и заботился исключительно о том, что нужно было для блага его родины. Он хотел служить не чистой науке, а только отечеству».

С. И. Вавилов: «Великий русский энциклопедист был в действительности очень цельной и монолитной натурой… Поэтому часто встречающееся сопоставление Ломоносова с Леонардо да Винчи и Гете правильно и оправдывается не механическим многообразием видов культурной работы Ломоносова, а глубоким слиянием в одной личности художественно-исторических и научных интересов и задатков».

Похожие статьи:

  1. Первая Российская Академия наук
  2. Основание Академии художеств (Санкт-Петербург)